Безлошадных не было – как жили в деревне Зани в 1800 году

Кто и как жил в Занях (ныне — деревня Слободского сельсовета) 226 лет назад? Узнаем из взятой на сайте «Вилейский уезд» фотокопии документа 1800 года. Это уже знакомый нашим постоянным читателям «Инвентарь Староства Мядельскаго Некасецкъ, состаящаго Минской Губерніи въ Вилейскамъ поветѢ».

Без «пригона», но с «гвалтами»

В 1800 году в Занях было 12 дворов и 78 жителей: 38 мужчин и 40 женщин.

Все семьи были боярами. Это значит, что они пользовались землей на условиях «боярской повинности». Поэтому в отличие от, например, «тяглых» крестьян из соседних Кочанов, они не отрабатывали барщину. А вот «гвалты» (обязанность являться на работу туда, куда скажут) касались и жителей Заней. Также они платили натуральную и денежную дань, размер которых зависел от площади надела, находившегося в пользовании семьи.

Земля, люди и женская эмансипация

Всего в пользовании жителей деревни было 8 волок пахотной земли, а вот сенокосов не имел никто.

Больше всего — целая волока! — пахотной земли имелось в пользовании семьи Ивана Сметанки. Но и ячейка общества там была не какая-нибудь: под одной крышей жили 11 человек! Это 30-летние Иван и София с двумя дочурками (одной 4 года, другой — два). А также 11-летний брат Ивана Потапий и 13-летняя сестра Устинья. И еще «свояченица» Ивана — 40-летняя вдова Авдотья с четырьмя несовершеннолетними детьми. Согласно толковому словарю, «свояченица» — это сестра жены. Но София и Авдотья не были родными сестрами: у них разные отчества. Только из инвентаря не очевидно, что скрывается за этим фактом. Может, сестры были сводные — от одной матери, но не от одного отца? Или София — не первая жена Ивана, а Авдотья — родная сестра ее предшественницы? Или (что тоже не исключено) составитель инвентаря ошибся, а на самом деле у женщин одинаковое отчество? Чтобы ответить на эти вопросы, нужно основательно изучать другие документы рубежа ХVІІІ-ХІХ веков.

В тогдашних ячейках общества встречались люди с разными фамилиями. Например, в семье 60-летнего Лукьяна Шапотника и его 40-летней жены Агафьи было четверо несовершеннолетних детей. Это сыновья Яков (12 лет) и Антон (6), дочери Анастасия (17) и Христинья (15). Вместе с ними жили 40-летний «приемышъ» Лукьяна Григорий Давыдович с 25-летней женой Магдаленой.

В Занях 1800 года находим и пример своего рода женской эмансипации. В качестве главы одной семьи указана 45-летняя вдова Анна Станькова. С ней жило четверо детей: два сына и три дочери. Причем старшему сыну Петру было уже 18 лет, однако в качестве главы семьи назван не он. Можно догадываться, что овдовела Анна сравнительно недавно, когда старший сын уже был почти взрослым и фактически мог вести хозяйство. Иначе пришлось бы ей с детьми идти жить к родственникам (своим или покойного мужа) либо брать примака. Пока не знаю, какой была дальнейшая судьба этой семьи. Но одно точно: в ряде более поздних документов, в том числе ХІХ века, люди с фамилией Станьков или Станькова среди жителей Заней не упоминаются.

Но вернемся к земле-кормилице.

Морг – мера земли, которую один человек может скосить или вспахать за день (примерно 0,56 га).

По 22 морга 150 прутов имели в пользовании семьи Сидора Герасимовича, Ефима Шапотника, Лукьяна Шапотника и Андрея Герасимовича. По 18 моргов 225 прутов — в семьях Андрея Берняковича и Василия Берняковича. Наделами площадью 15 моргов пользовались семьи Петра Берняковича, Анны Станьковой, Фёдора Берняковича и Матвея Берняковича.

Скот на подворьях

Суммарно в Занях было 23 лошади, 11 волов, 27 коров, 8 коз, 41 овца, 21 свинья, 16 гусей, 52 курицы и 10 колод пчёл. Конечно, количество скота отличалось на разных подворьях, но совсем бедных семей в деревне не было. Во всяком случае, каждая имела как минимум одну лошадь и одну корову. А семьи Ивана Сметанки и Ефима Шапотника дежали даже по четыре коровы.